Несмотря на постоянные нападения на климатическую политику и призывы к увеличению добычи нефти и газа, президент США Дональд Трамп дал значительный импульс к переходу на зеленую энергетику, атаковав Иран, утверждает аналитическая статья в издании „Ню Сайънтист“.
Исламская республика ответила на действия Соединенных Штатов и Израиля, заблокировав почти весь трафик в Ормузском проливе — маршруте, через который проходит одна пятая мировых запасов нефти и газовых поставок по морю, а также атаковала нефтяные и газовые месторождения дронами и ракетами.
Цены на нефть выросли с примерно 70 долларов до более 100 долларов за баррель, аналогично подскочили цены на природный газ в большинстве регионов мира. Арабские страны перенаправили как можно больше топлива через нефтепроводы и газопроводы, но ожидается, что высокие цены сохранятся.
По словам энергетического аналитического центра „Эмбэр“ (Ember), даже если нефть упадет до среднего уровня в 85 долларов за баррель в этом году, это обойдется странам-импортерам ископаемых топлив примерно в 240 миллиардов долларов. Однако благодаря максимальному увеличению доли возобновляемых источников энергии, электрических автомобилей и термопомп, эти затраты могут снизиться на 70%.
«Конфликт в Иране почти наверняка ускорит энергетический переход», — отмечает Сам Бътлър-Слос из „Эмбэр“. — «С ростом цен и все более ясным пониманием уязвимости системы, основанной на ископаемом топливе, становится очевидным, что странам нужно найти более надежные источники энергии. А по всему миру есть изобилие солнца и ветра», — добавляет он.
Посредством этой энергетической кризы последствия будут гораздо значительнее, чем во время российской инвазии в Украину, которая сократила объемы поставок русского масла и газа в Европу, сообщает итальянское издание „Интернационале“.
С тех пор годовая мощность по установке солнечной энергии в ЕС увеличилась более чем вдвое, а в Великобритании — примерно на две трети. Доля ветровой энергетики также продолжает расти. В данный момент возобновляемые источники обеспечивают около 45% глобального энергетического потенциала.
В текущей кризисной ситуации наиболее уязвимым регионом является Азия, которая получает четыре пятых нефти и сжиженного природного газа (СПГ), транспортируемого через Ормузский пролив. Япония и Южная Корея зависят от пролива на 70% своих поставок нефти, а Тайвань — на треть от поставок газа.
Почти половина импорта нефти и природного газа Индией также проходит тем же маршрутом, и некоторые рестораны даже были вынуждены сократить меню из-за нехватки газа для приготовления пищи. «Азия переживает свой „украинский момент“», — отмечает Бътлър-Слос.
Резкое пробуждение
Выбросы парниковых газов могут даже увеличиться, так как такие страны, как Япония и Южная Корея, начали производить больше энергии из угля, который вдвое более загрязняющий, чем природный газ. Также увеличивается выработка энергии на существующих атомных электростанциях.
Тем не менее, Сеул согласился ускорить финансирование, выдачу разрешений и доступ к сетям для ветровых и солнечных проектов, а премьер-министр Индии Нарендра Моди заявил 11 марта, что солнечная энергия и электрические автомобили помогут сократить зависимость страны от импорта топлива.
«Азиатские экономики переживают резкое пробуждение, как это было в Европе четыре года назад», — говорит Павел Молчанов из инвестиционной компании „Реймонд Джеймс энд Асошиейтс“ (Raymond James & Associates). «Это пробуждение приведет к увеличению доли возобновляемых источников в энергетическом миксе, поскольку поставки ископаемого топлива вновь подвергаются риску».
Некоторые аналитики предполагают, что Китай — который уже установил больше солнечных и ветровых мощностей, чем вся остальная часть мира совместно взятая — еще больше ускорит этот процесс, так как почти половина импорта сырой нефти страны проходит через Ормузский пролив. В то же время, учитывая, что Пекин является крупнейшим производителем угля в мире, вероятно, что доля угля также увеличится в энергетическом миксе.
«Китай будет придерживаться своей исторической энергетической стратегии использовать все возможные варианты», — говорит Ли Шо из „Эйжъи Сосайти Полиси Инститют“ (Asia Society Policy Institute). «Вот такой урок извлекут многие другие страны».
Однако в тех местах, где электрические сети слабы, растущие расходы на природный газ и дизель сделают солнечную энергию более привлекательной как для энергетических компаний, так и для малых населенных пунктов и домохозяйств. После того, как российская инвазия в Украину фактически исключила Пакистан с рынка сжиженного природного газа, доля солнечной энергии увеличилась с 4 до 25% от производства электроэнергии в стране — во многом благодаря домохозяйствам и предприятиям, установившим дешевые китайские солнечные панели.
В долгосрочной перспективе наибольшую выгоду может принести распространение электрических автомобилей. Большая часть природного газа не транспортируется морем, а через газопроводы, поэтому его цена может упасть быстрее. Однако рынок нефти является глобальным с глобальной ценой. Водители сталкиваются с очень высокими ценами на заправках, даже в США, которые являются крупнейшим производителем нефти в мире.
Согласно данным аналитического центра „Эмбэр“, многие люди подумают о покупке электрического автомобиля, и правительства должны их поощрять, так как этот «супер рычаг» может сократить расходы стран — импортеров ископаемого топлива на треть.
Поскольку средняя продолжительность жизни автомобиля составляет почти 20 лет, потребуется время, прежде чем мы увидим значительный рост числа электрических автомобилей на дорогах, говорит Майкл Либрайх, консультант в „Либрайх асошиейтс“ (Liebreich Associates). В свою очередь, замена природного газа на возобновляемые источники для производства электроэнергии произойдет быстрее и продолжится даже при снижении цен на газ, добавляет он.
«В мире, где доступны недорогие ветер, солнце и аккумуляторы, и где все меньше хочется зависеть от глобальных рынков сырья, идея о том, что спрос на газ будет расти, является ошибочной. Это уже в прошлом», — заключают эксперты „Либрайх асошиейтс“.
